Previous Entry Поделиться Next Entry
#перцовжив
geneura
geneura



Он вошёл на заседание дипломной комиссии полиграфа с опозданием на полчаса, сказав:

Миль па'дон!
И бодро зашагал по ногам к своему месту.

Зачем же вы п'енеб'егаете ст'очными буквами в титуле? - строго вопрошал он робеющих студентов.
(Я пытаюсь передать его уникальное произношение).

В шрифтах он был бог. Я бережно храню его книжку, где он делится секретами этого древнего сакрального искусства.

Май Митурич писал о нем: "... становишься свидетелем подлинного чуда, когда кривоватые в отдельности буквы укладываются, благодаря чудесному ритмическому дару художника, в стройные звучные строки, органически связанные с предложенным ему изображением».

Это от руки. Но ведь есть и наборный шрифт.

"Если бы не Петр Первый, в России светский шрифт был бы такой" - показывал он нам свою, перцовскую, гарнитуру.

Мы использовали её в четырехтомнике Шергина. Фирменный шрифт pertsov (и копирайт есть). Это что-нибудь да значит.

Им пользовались ( не только шрифтом, а и самим Перцовым).

Рисует художник картинки к книжке, смотрит: чего-то не хватает. А! Шрифт!

"Володя, поможешь?"

И он помогал. Иногда его помощь даже не обозначалась в выходных данных. Ну, буквы и буквы.

Но в каждой букве жил Перцов.

Он и сейчас живёт.



Это шрифт. А ведь есть ещё и рисунки.

Они все узнаваемые и все разные.

Перцев эпичен. Эпичнее его, пожалуй, только Лосин. Но о нем особый разговор. Тем более, что друг другу они не мешали, а, наоборот, дополняли и помогали друг другу.

Как богатыри былинные.

Но богатырей было три, а их было четверо, и поэтому их прозвали мушкетерами.

Нынче остался только д'Артаньян. Дай Бог ему здоровья.

Ощущение того, что он жив, появилось неспроста. Он ведь уже умирал, и ничего, обошлось.

Позвонил и говорит:

"Юя, у меня як". В переводе это значит :

"Юра, у меня рак".

Поехали с Женей к нему домой.

"Эта такая болезнь, в которой важна психология, - по дороге учил меня Женя, дипломированный психолог, - главное -побольше позитива. Никаких разговоров про болезнь там... Недуг... "

Он, как психолог, боялся произнести главное слово. Смерть.

Приехали. Нас встретил торжественный Перцов.

Ложусь в больницу, из которой уже не выйду, - эпично произнес он.
Мы запротестовали.

Да что вы, Владимир Валерьевич, что значит - "не вернётесь"? Обязательно вернётесь! Столько дел ещё впереди!
Он помолчал и предложил:

Могу ли я предложить вам рюмку водки?
Мы:

А вам разве можно?
Он:

Нельзя. Врачи (в'ячи) запретили. Но я все равно выпью. Какая теперь разница?
Надо сказать, что пил он в меру. Пьяницей никогда не был.

Ну, выпили, помолчали.

Некоторое время психолог пытался восстановить здоровую атмосферу. Прибавить позитива.

Но у него ничего не получилось, может быть, потому, что он был за рулем и вообще не пил.

Прошло время, и он смотался, на прощанье приказав мне:

Смотри, чтобы никакого негатива не было!
Я послушно попытался повернуть Владимира Валериевича на позитивный лад.

Не получилось.

Я говорю что-то про природу, книжки, картинки, надписи...

Он:

А вот как ты думаешь, какая надпись будет на моем могильном камне?
Я, уже отчаявшись:

А давайте, как Суворову - "Здесь лежит Перцов".
Он умилился:

Помилуй Бог, как хорошо!
А потом подумал и добавил:

А можно сбоку приписать, что я ещё и профессор?


После этого он прожил ещё пять лет и рисовал!

Мы с ним выпустили два завершающих тома Шергина.

Если меня будут наказывать на том свете за все мои многочисленные грехи, (надеюсь только, что это будет не кнут, а хотя бы крапива) - я прикроюсь этими двумя книжками, и будет не так больно.

ЮК

  • 1
Спасибо огромное!
Низко кланяюсь и никогда не забуду!

И Вам спасибо. Ждите новых книжек!

ой) правда?! от вас - всегда с нетерпением!)

Спасибо огромное. И то, что Вы, именно Вы подарили мне личную с ним встречу...
Шергин вот стоит на видном месте, восхищаюсь всеми, в т.ч. и издателями.
И спасибо Вам еще за то, что Вы сняли интервью с Владимиром Тимофеевичем Чаплей.
Оно оказалось единственным.
Светлая память...

Да, спасибо Вам... А в этом январе, кроме Чапли, ещё и Владимир Винокур умер. Вот про кого не то что мало - вообще ничего не было написано. Правда, он и сам этого хотел. Как Пастернак. Только у Пастернака с безвестностью не получилось, а у Владимира Исааковича - получилось на сто процентов. Ушёл он, безвестный, талантливый, и все. Досвидос.
Может быть, в этом и есть счастье?

Пастернак прав. И в том, что "пораженье от победы ты сам не должен отличать"
"ты сам" - это ключевое. А вот другие могут.
Знаменитость искушает художника (поэта, писателя). Мотивация меняется, прислушиваешься к себе, а не к горнему внутри... Время теряешь на оценку. А оценщиками должны быть Третьяковы, Мамонтовы.
Подлинный художник чувствует это.
Безусловно, он счастлив, поскольку он это счастье сам создает для других.

Наверное, Вы правы. Но мне все равно безумно жалко их, талантливых, безвестных, канувших в Лету. Как был бы богаче наш мир, если бы дети наши знали о них!
Я как-то написал стишки про это:

Они уходят навсегда,
И больше их не слышно:
Песок сквозь пальцы - и вода
За календарной тишью.

Они уходят в никогда,
Ни шороха, ни стука,
Как будто это не беда
И не разлука.

Не отражения в стекле,
И не упреки,
А просто в книгах на земле
Исчезли строки.

***
И в этой мгле безвестной,
Куда они ушли,
Ничто не светит в бездне,
В той пропасти вдали,

Куда текут все реки,
Там, на краю земли,
Бог помочь им вовеки, -
И нам, друзья мои.

Простите, извините))

Edited at 2017-01-28 21:10 (UTC)

Нет, они не канули в Лету, это был Золотой век книжной иллюстрации, они себя увековечили в своих драгоценных иллюстрациях. И спасибо Вам за интервью с Ними и память.

  • 1
?

Log in